| E X I T |
[Фев. 7, 2006|06:00 am] |
| [ | настрой |
| |  bouncy | ] |
| [ | шпилит |
| | Psycho Ambient | ] |
Я открыл глаза и осмотрелся. Тот факт, что пространство вокруг меня походило на яму, был очевиден. Я поднялся на ноги, отряхнулся и, недолго думая, стал карабкаться вверх. Яма оказалась неглубокой, около двух с половиной метров, поэтому вылезти из нее мне удалось быстро и без лишних усилий. Выбравшись на поверхность, я присел от удивления: меня окружали исполинские деревья, настолько необычные, что первой мыслью в голове было: «а не сплю ли я?» Ущипнув себя, как следует, пару раз, убедился, что не сплю. И это открытие напугало меня сильнее, чем пробуждение на дне ямы, в которую я неизвестно как угодил. Память мне явно изменяла. Где и каким образом я оказался, что было до этого – оставалось загадкой.
Посидев немного, безрезультатно напрягая извилины, я пришел к выводу, что, скорее всего у меня временная потеря памяти. По крайней мере, очень хотелось верить, что временная, и что я обязательно все вспомню, но чуть позже. А чтобы ожидание не показалось невыносимым, я принял решение не сидеть сиднем, а исследовать местность.
Ходить пришлось много и долго. Прогулка по лесу особого удовольствия не приносила по двум причинам: во-первых, мое передвижение было затруднено размерами и плотностью растительности; а во-вторых, поражала неестественная тишина, царившая вокруг. Кроме того, мне никогда и в голову не приходило, что от меня может быть столько шума: казалось, что в радиусе, как минимум, ста метров все живые организмы, обитавшие в лесу, либо разбежались в разные стороны, либо спрятались и затихли. Правда, чуть позже, я начал думать, что никаких зверей здесь и в помине нет, да и не было никогда. Что, в общем-то, не сильно успокаивало.
Но я старался не поддаваться панике, всецело отдавшись созерцанию. Тут было на что посмотреть: грибы различных форм и оттенков – больше моей головы; гигантские кустарники, увешанные ягодами и орехами размером с грейпфрут; растения, похожие на папоротник, только не зеленые, а ядовито-красные, и высотой метра в полтора. Лучшее определение, способное выразить то, что в тот момент испытывал я – «жутко интересно». И все же, не взирая на красоту ландшафта, на ярком фоне которой я казался себе бледным пятном, мне больше всего хотелось поскорее оттуда выйти.
«Странное место, - думалось мне, - вроде бы все такое живое, настоящее, а жизнью тут что-то не пахнет. Где птицы? Где звери? Где насекомые, наконец?» Все вокруг было безмолвным и призрачным, словно лес выжидал удобный момент, чтобы наброситься на меня и сожрать. Эта мысль была последней каплей, переполнившей чашу Страха, который и без того накапливался все это время где-то внутри. Меня будто что-то ужалило, и я побежал – прямо, напролом, не оглядываясь и не думая о возможных падениях и их последствиях. Я бежал со всех ног, а воображение предательски рисовало во всех деталях ужасающую картину, развернувшуюся за моей спиной: лес оживал. Грибы вытаскивали из земли свои ножки и бросались в погоню за мной; кустарники обрастали острыми шипами, попутно забрасывая меня ядовитыми плодами; деревья выстраивались в ряд, заслоняя свет, - все закрутилось в спираль, слившись воедино. А из спирали превратилось в жуткое лицо в боевой окраске, с впавшими глазами и разверзнутой пастью, которая вот-вот меня поглотит…
Конечно же, мои нервы не выдержали напряжения, тело перестало слушаться, ноги запутались, и я со всего размаха столкнулся лбом с землей, прокатившись кубарем еще несколько метров. И вопреки здравому смыслу и логике, согласно которым я должен был разрыдаться, свернувшись калачиком, от страха и боли, откуда-то из груди вырвался истерический хохот. Дикий смех сотрясал не только мое ушибленное тело, но и весь лес. Я от души смеялся над собой, над своими глупыми мыслями, которые породили нелепую фантазию, - я смеялся до тех пор, пока вдруг не понял, что не могу остановиться. Но от этого становилось еще смешнее! Я перестал себя контролировать. В животе что-то начало покалывать – это было сигналом о том, что пора прекращать идиотизм. Но во мне будто что-то взорвалось. Я продолжал смеяться по инерции, из последних сил, и было-то, в общем, уже не так смешно, только какая-то часть меня отказывалась это понимать. Лишь когда я почувствовал, что почти теряю сознание, кто-то невидимой рукой дернул невидимый стоп-кран, и смех исчез также внезапно, как и появился. Меня накрыло тишиной.
Я открыл глаза, прислушался, и в очередной раз подумал, что лес не может быть таким безжизненным. Даже эхо здесь не живет. С этой мыслью я встал, потирая ладонью ушибленный лоб. К моему удивлению больше ничего не пострадало, что не могло не радовать. Вот она какая – целительная сила смеха! Но смех смехом, а выбираться надо было. И я пошел дальше, поставив перед собой цель – найти выход.
Спустя еще какое-то время, возможно, несколько секунд, а может быть, тысячу лет, я выбрался к месту, которое искал. Меня переполняли радость и удивление. Я не удивился, тому, что все-таки нашел выход. Меня поразило, насколько точно и правильно это место подходило под определение слова Выход. Я стоял перед дверью, на краю мира, где заканчивался этот странный лес. Дальше не было ничего. Лишь пустота. Только она была не черной, как я всегда себе представлял, а ослепительно белой. Для наглядности. Картина эта была похожа на чей-то неоконченный рисунок: лесополоса заканчивалась белоснежной пропастью, - казалось, будто та белая пропасть – это белый лист, с которого все начиналось. Эта бездна, ничто, - то, чем все заканчивается. И на границе между началом и концом, между всем и ничем, стояла дверь. Не хватало разве что таблички с надписью Exit.
Я встал к лесу передом, а к двери – неблагодарно – задом, и отвесил ему земной поклон. Этого, на мой вкус, было более чем достаточно. Улыбнувшись, я развернулся лицом к двери и потянул ручку на себя…
 |
|
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
w_h_a_t_a_m_i
excited
weird
lazy